Разное

С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ МУХТАР ДЖАКИШЕВ

Сегодня Мухтару Джакишеву 54 года. Он уже 8 лет находится в тюрьме.
Многие не могут понять за что его посадили. Суд был закрытый, все первоначальные шумные обвинения, которые звучали по всем назарбаевским каналам, тихо исчезли. Обвинения развалились еще до суда, но его все равно посадили…

Международные издания, которые писали на тему уранового рынка, называли его урановым Гуру – гением. Когда он пришел руководить Казатомпромом – урановой компанией, это была отсталая и умирающая компания. За 10 лет Мухтар превратил ее в компанию №1 в мире!
Таких успехов в стране не добивался никто. Да и в мире я не знаю примеров, чтобы компанию – банкрот за десять лет вывели на первую позицию на планете.
Единственная компания Казахстана от работы которой зависит мировой рынок.

Сейчас наш казахский урановый гений находится в жесточайшей тюрьме Казахстана – в Долинке, около Караганды. У него подорвано здоровье, было два гипертонических криза. Ему не оказывается медицинская помощь и лечение. Его снова допрашивают, пытаясь выбить показания против меня. И что дадут режиму Назарбаева эти показания? Ничего.
Они просто хотят, чтобы он страдал. И чтобы страдал я…

Это письмо Мухтару я написал 4 года назад:

“Здравствуй, мой любимый Друг, мой брат!

Тебе сегодня 50! Поздравляю!

Мы дружим с тобой с 17 лет, и мне часто кажется, что нам до сих пор 20-25 лет. Кажется, мы только вчера вместе пели песни Окуджавы, Цоя…

Вся наша жизнь с тобой пронизана такими странными совпадениями, схожими событиями и одинаковыми деталями. Мы – разные внешне, но было столько случаев, когда меня принимали за тебя. Сейчас, просматривая наши фотографии, я вижу удивительное сходство. Порой мне кажется, что мы родились с тобой в один день и час и в одной семье. Я стал с удивлением понимать и осмысливать это только после 40 лет. И это, конечно, не потому, что мы много лет были вместе. Сейчас я уверен, что это все имеет более глубокое объяснение: наше одинаковое мироощущение делает нас такими похожими друг на друга.

Именно с тобой мне повезло понять, что такое дружба. Разные события происходили в нашей жизни, но я всегда знал, что у меня есть очень близкий Друг.

Особенно остро я ощутил твою поддержку в 2002-м, когда попал в тюрьму после организации Демвыбора Казахстана. В тот момент любому, кто поддерживал меня, грозили огромные проблемы. Но, конечно же, ты был среди немногих, кто не испугался – многократно приезжал на встречу ко мне в зону, пытался найти компромисс между мной и Назарбаевым.

Я помню, как ты приехал за мной, когда меня освободили. Как по дороге мы остановились, вышли из машины и какое-то время просто смотрели вокруг: удивительно зеленое поле, пронзительное небо, жаворонки… Я сказал: «Странно. У меня нет ощущения, что я сидел в тюрьме». И я знаю, что ты ясно понимал, что я чувствовал в тот момент…

Прости меня, что пока я не могу добиться твоего освобождения. Дракон вырос. Когда мне дали срок 6 лет, казалось, что это просто невероятно много. Тебе этот дракон дал уже 14.

Ты удивительный человек. Я тебя называл Социалистом. Ты фанатично работал до часу, до двух ночи. А утром рано ты был снова на работе. Как-то я спросил у тебя, что тобой движет. Я пошутил: «Я работаю в частном банке, хочу построить ведущий частный банк мира. Но я же акционер этого банка. Почему ты так работаешь?» Ты, помолчав, тогда сказал мне: «А я хочу сделать ведущую урановую компанию в мире. Деньги не имеют значения. Это просто очень интересно и круто! Самая крупная компания в мире и она – казахстанская!». Ты всегда пытался построить мощную мировую диверсифицированную компанию.

Мало кто сейчас помнит, что в 1998 году «Казатомпром» был компанией-банкротом. Зарплата не выплачивалась месяцами. Производство стояло. Казалось, у компании нет будущего. Россия хотела купить контрольный пакет компании всего за восемь миллионов долларов. В правительстве обсуждалась идея закрыть город Степногорск, где располагался один из урановых комбинатов, и переселить людей в другие города. Хвостохранилище, где хоронили отходы урановой руды, надо было заливать водой, а средств не было. Стоял вопрос о безопасности Астаны. Расстояние до нее около 200 км. Урановая пыль могла прийти в столицу. Надвигалась экологическая катастрофа.

Это были мрачные времена. Я тогда был министром энергетики. Понимая, что только ты, как инженер-физик, сможешь оценить риски и найти выход из положения, я попросил тебя возглавить урановую отрасль. Ты взялся за эту работу, и полностью посвятил себя ей! Ты спас Степногорск! Ты сохранил отрасль для страны! Ты сделал «Казатомпром» ведущей компанией мира! Эта компания приносит сейчас сотни миллионов долларов, созданы десятки тысяч рабочих мест. В пустыне созданы новые производства , сохранена и усилена научная база и многое другое.

Но самое главное, чем ты гордился, – это социальными программами «Казатомпрома». Лично для тебя было приоритетным развитие социальной сферы регионов, на территории которых было урановое производство. Ты всегда работал над улучшением условий жизни для работников «Казатомпрома». Со своей командой вы занимались строительством в пустыне целых городов, в которых людям предоставлялось жилье, школы для их детей, и достойные условия жизни. Я с восхищением называл тебя Социалистом, потому что видел, что ты больше гордишься именно этим, а не только экономическим успехами «Казатомпрома».

Но как много ты не успел сделать! Ты вынашивал планы построить ведущую компанию со своими перерабатывающими мощностями, чтобы ее партнерами стали все ведущие мировые компании из Японии, Канады, Китая, России. Тебе не дали это осуществить…”

С Днем Рождения, Брат….

Мухтар Аблязов