Аналитика Воспоминания

Мы – не рабы, рабы – немы

Спасибо интернету. Неожиданно мне переслали фотографию, где мне 13 лет. Этой фотографии у меня не было в семейном архиве.

Нас в 7-м классе отправили из села Ванновка (сейчас Турара Рыскулова), Тюлькубасского района, Чимкентской области на сельхоз работы – убирать хлопок в Бугуньском районе Чимкентской области. На фотографии я со школьниками старшего 8-го класса.

Прошло 40 лет, а я все помню, как-будто это было совсем недавно.Привезли нас школьников огромной колонной автобусов, разместили в бывшей конюшне в конце сентября 1977 года.

В конюшне была расстелена солома, на которую была натянута мешковина.

Спали мы вповалку на матрасах в два ряда, а между рядами был проход. “Удобства” все на улице. Обычной питьевой воды нет, только теплая минеральная вода (пахла протухшими яйцами), которая свободно текла из крана. Приходилось отстаивать ее в банке, чтобы ее можно было пить. Баня была раз в неделю. Мылись теплой минеральной водой из источника.

Вокруг бараков жили люди в ужасных мазанках и землянках. Я жил с родителями, как выяснилось, еще в приличном селе, где в доме у нас было газовое отопление, а в центральной части села даже ходили рейсовые автобусы.

Бугуньский район был бедным. Меня тогда поразила землянка, в которую мы зашли, спускаясь по земляной лестнице. По земле ползали грязные и неумытые маленькие дети, а их мать готовила на продажу нам чебуреки за 10 копеек.

Мужа у женщины не было. Гнетущее впечатление оставило отношение на юге к женщинам. Нам в Советском Союзе много говорили о равноправии женщин, уважительном и особом отношении к ним мужчин. Убеждали, что царский режим эксплуатировал детей на тяжелых работах, а в СССР этого нет. Жизнь полностью все эти слова опровергала, для тех кто жил в селе, с самого раннего детства.

На самых легких работах – весовщики, учетчики, бухгалтера, бригадиры – работали мужчины, а тяжелая

работа – ручная уборка хлопка в 35 градусную жару – предназначалась женщинам и детям.
Матери работали на полях с малолетними детьми, которым едва исполнилось по 5-6 лет, а также брали с собой на поля грудных или 2-3 летних детей.

Я в первый день собрал 80 кг “грязного” хлопка. (сбор вместе с коробкой от хлопка). Оказывается это был рекорд. Позже я приноровился собирать хлопок по 180 кг за полдня.

Утром меня директор школы вывел на линейке в центр, и под торжественные звуки пионерского горна объявил, что я молодец и настоящий помощник коммунистической партии. На хлопке нас держали до середины декабря, когда уже шли дожди и снег, но нас все равно заставляли работать.

На наши протесты директор школы патриотически нам говорил, что нашей стране угрожает США.

Что из хлопка делают порох, который нужен для производства патронов. Мы – трудовой фронт страны. Без нашей работы, без хлопка – страна может быть завоевана Америкой.

Но все эти патриотические речи нам быстро надоели. Кормили нас очень плохо. Были случаи, когда в еде мы обнаруживали белых и жирных червей…

Некоторые школьники совершали побег и уезжали на попутных машинах домой, изнемогая от этих условий. Но таких школьников клеймили позором, родителей вызывали в райком партии КПСС, а затем детей исключали из школы.

Приезжающих к детям на хлопок родителей на рейсовых автобусах по дороге останавливали милиционеры из ГАИ , и принуждали каждого пассажира собрать по 1 кг хлопка, и только после этого автобусам разрешали ехать дальше.

Протестные настроения среди нас нарастали.

И в один из дней я организовал акции протеста. Мы написали на картонках слова, которые мы читали еще в букваре в первых классах, когда советская пропаганда рассказывала нам о ликвидации безграмотности среди населения в 30-х годах.

МЫ – НЕ РАБЫ, РАБЫ – НЕМЫ.

И вот, мы, 13-летние, подняли в дождь эти плакаты и кричали эти слова хором. А затем начали петь революционную песню:

Вихри враждебные веют над нами,
Темные силы нас злобно гнетут.
В бой роковой мы вступили с врагами
Нас еще судьбы безвестные ждут.

Директор школы был сначала разъярен. Он кричал, угрожал. Но мы колонной маршировали вокруг хлопковой кучи и яростно пели эту песню, а затем хором кричали:

Мы – НЕ РАБЫ, РАБЫ – НЕМЫ!

Директор был в отчаянии. Он был расстроен, что мы не подчиняемся ему и настроены решительно. Сильно его расстраивало то, что я, по его мнению, помощник КПСС, стал зачинщиком этого протеста.

Работать мы прекратили совсем и в последующие дни нас вынуждены были вывезти домой, в свое село.

Это был мой первый опыт организации акции протеста, и его я хорошо запомнил.

Даже в Советском Союзе, в этом жестком тоталитарном строе, можно было бороться…