Аналитика

Анатомия политической власти Казахстана. (Или – какие изменения произойдут в ближайшие полгода в стране) Пост № 5

Автор: Мухтар Аблязов

Еще одно важное и ключевое назначение. ЦИК – Председатель Берик Имашев, переведенный с поста министра юстиции. Кажется, что для Берика Имашева это назначение существенное понижение. Ведь ЦИК работает только в период выборов президента и парламента. Чтобы понять, для чего это перемещение было сделано, надо знать кто такой Берик Имашев. Имашев – родственник Назарбаевых. Дочь Берика Имашева, Аида, вышла замуж за сына Дариги, Нурали. На самом деле, Дарига и Берик знакомы еще со студенческих лет в МГУ.

Имашев чуть старше Дариги, и для молодых студенток из Казахстана Берик Имашев был большим авторитетом. А казахи в Москве, учась в МГУ, активно между собой общались. Тем более, у Берика характер весьма комфортный – он веселый, умный и общительный. Имашев закончил юрфак МГУ, занимался успешно каратэ, в то время романтичный, редкий вид спорта, и уважаемый очень в СССР. В начале 90-х Берик работал зам. прокурора г. Алматы, затем какое-то время в Казкоммерцбанке, зам. председателя правления банка. Где-то в середине 90-х годов он перешел работать на госслужбу. Короткое время даже возглавлял финансовую полицию республики, а Рахат Алиев в это время был начальником финансовой полиции (в то время она называлась налоговой полицией) г. Алматы.
Одним словом, Рахат Алиев съел Имашева, и Берику пришлось уйти с этой должности. Расстались они с Рахатом серьезными врагами. Но Берику удалось сохранить хорошие отношения с Даригой Назарбаевой. Осенью 2001г. Имашев оказался даже в числе учредителей ДВК. Правда, нельзя сказать, что все учредители ДВК были глубоко идейными, понимали полностью последствия их шага – выступление против системы Назарбаева. Сразу хочу сказать, что тот Берик Имашев, которого я лично хорошо знал еще с 80-х годов, человеком был очень приличным, достойным и профессиональным. Но этот режим Назарбаева настолько сильно разъедает людей, что моя оценка Берика заканчивается началом 2009 года. Я не встречался с ним почти 8 лет. Что могли с ним сделать Назарбаев и Дарига, насколько он деформировался как человек, я сейчас этого не могу сказать. Тем более, что он сейчас достаточно близкий родственник Назарбаевых.
Хотя Берик Имашев просил меня в 2001-м году не говорить никому, почему и как он вошел в число учредителей ДВК, тем не менее, так как прошло уже 15 лет с тех пор, я думаю, что могу более подробно об этом рассказать. Дело в том, что Имашев вошел в состав учредителей ДВК случайно. В воскресенье, 18 ноября 2001 года, мы узким составом инициаторов движения ДВК вышли на пресс-конференцию (Я, Жакиянов, Джандосов, Тохтасынов ), где изложили свою позицию о будущем движении. (В воскресенье обычно никто из журналистов не работает. Но мы объявили экстренную пресс-конференцию. Это вызвало ажиотаж. Мест в пресс-зале не было совсем.) Нам нужно было резко расширять число наших сторонников. Поэтому мы с Галымжаном в воскресенье, 18 ноября, поздним вечером вылетели в Астану, чтобы переговорить со многими людьми, в частности, мы хотели привлечь молодую волну чиновников, министров и их заместителей, а также депутатов парламента. Мы были с Галымжаном настроены решительно. В воздухе витало революционное настроение. В самолете к нам непрерывно подходили с поддержкой самые разные люди. Страна хотела перемен. С Галымжаном мы договорились разбиться – у него был свой список людей, с которыми надо было переговорить, а у меня свой. Я очень хорошо знал лично всех министров правительства, руководителей агентств, комитетов и т.д.
Понимал кого из них можно было привлечь на свою сторону. Поэтому я должен был поработать с ними. Галымжан должен был встретиться с различными депутатами – перетянуть их на нашу сторону. Если приходилось разговаривать с большой группой депутатов, например, человек 20, то встреча проходила не менее 3-х часов, где выступали мы с Галымжаном и Толеном Тохтасыновым, в то время депутата мажилиса. Если, например, я встречался с кем-то отдельно, то разговор шел не менее 1,5-2 часов. Мы подробно обсуждали не только будущее страны, политические идеи, но и вопросы, связанные с рисками политического преследования со стороны Назарбаева. Конечно, мы в полной мере не знали, что нам следует ожидать от Назарбаева. Лично я понимал, что меня могут посадить в тюрьму, убить, конфисковать бизнес, так как до создания ДВК я более 2-х лет жил в непрерывной войне со спецслужбами страны. Но считал, что если мы все объединимся, Назарбаев с нами ничего не сможет сделать. Но такая участь, конечно, не всех ждала. Обычно режим давит только лидеров, зачинщиков протеста. Поэтому я не считал, что у всех учредителей ДВК будут какие-то страшные проблемы. Но в действительности все оказалось сложнее. В большей степени, правда, я считаю, что это связано с тем, что почти половина состава будущего политсовета ДВК дрогнула и пошла на сговор с Назарбаевым. Таким образом, разговор практически со всеми был обстоятельный. Но этого нельзя сказать про случай с Бериком Имашевым.
Поздно вечером я выходил из здания Правительства (г. Астана) после разговора с одним заместителем министра. Я убедил его войти в состав учредителей ДВК. Это был мой хороший и давний товарищ. Подписанные бумаги я передал своему помощнику, чтобы он отдал их Галымжану – мы должны были передать список дополнительных учредителей в прессу. Больше встреч ни с кем у меня не ожидалось в тот вечер. Но при выходе из здания, я неожиданно встретил Берика Имашева, который только вышел из машины. Была зима, очень холодно в то время в Астане. Разговор с Бериком был на ходу, не более 1 минуты. Отношения у нас были дружескими. Берик фактически не раздумывая, мгновенно подписал наше заявление и учредительные документы, и побежал на какую-то свою встречу. Конечно, мы и раньше, при других обстоятельствах, обсуждали ситуацию в стране. Поэтому он все быстро понял и поддержал. Но, тем не менее, разговор был суперкороткий в тот вечер. Через полчаса, когда я разговаривал с Галымжаном, мне позвонил на сотовый телефон тот самый зам. министра, мой товарищ, и попросил исключить его из списка учредителей, объяснив, что он не доверяет лично некоторым из учредителей ДВК. Он сказал, что будет реакция (сами знаете кого), а эти учредители могут предать или пропадут неожиданно в критический момент. Он объяснил мне, что он с ними никогда в разведку не пошел бы. Хотя информация об учредителях уже ушла в прессу, я все же успел внести исправления и выполнил просьбу этого зам. министра. Некоторые из учредителей ДВК убеждали меня список не менять, или даже сообщить прессе, что зам. министра сначала подписал, а затем испугался. Но я настоял, чтобы этого не было – считал, что мы не должны никого волоком тащить за собой, тем более, позорить и унижать. Это дело добровольное и небезопасное. Удивительно, но этот зам. министра оказался очень прозорливым. Действительно, те самые учредители, о которых он говорил, скоро вошли в сговор с Назарбаевым. Репрессии их миновали. Более того, их карьера пошли вверх, бизнес также резко улучшился. А этот зам. министра вскоре стал влиятельным министром, занимал долгое время ведущие посты в правительстве Назарбаева. Он и сейчас очень известный и в обойме Назарбаева.
Уже на следующий день Назарбаев начал репрессии- пошли отставки всех подписантов, кто работал в правительстве. Правда, все это происходило под прикрытием премьера Токаева, который якобы потребовал отставки подписантов. А сам Назарбаев делал вид, что он поддерживает реформы и подписантов. Что действительно требуются демократические реформы. Но Назарбаев был сильно напуган. Он всегда двигался по течению, вместе с линией КПСС – так его учили. Чтобы затем постараться возглавить. А здесь все происходило так стремительно и неожиданно, что он не решался озвучить свою позицию публично, хотя она у него была отрицательной. Ну, помните, как в декабре 1986 года? Тогда он называл декабристов алкоголиками, наркоманами, а в 1991г. они вдруг стали героями, а Назарбаев, оказывается, шел во главе колонны протестующих. Поэтому он от испуга прикрылся Токаевым ( Помните, какое испуганное лицо было у Токаева на экране?), а с нами вел переговоры. В это время администрация президента составляла списки неблагонадежных, которых необходимо было отправить в отставку. В этом списке, конечно, оказался и Берик Имашев. Я переговорил с ним, беспокоясь, что я втащил за 1 мин. человека в рискованное дело, который мог не понимать всех будущих рисков. Сказал Берику, что лично подтвержу, как все было на самом деле.
Тогда он не был бы уволен. Но он мне ответил: – Я взрослый человек, отвечающий за свои поступки.
Подписывал эти заявления, считая, что они правильные. Да, я их подписал быстро, случайно и на крыльце здания правительства. Безусловно, повлияло то, что многие подписанты мои хорошие товарищи, но я подписывал осмысленно. Если отправляют всех в отставку, значит, я тоже ухожу с ними. Но не говори, пожалуйста, никому, что я подписал случайно, за 1 минуту. Иначе все это будет выглядеть несерьезно. Будут смеяться надо мной, что случайно и несерьезно попал под раздачу. Это был мужской поступок! Я на него потратил всего 1 минуту, а с зам. министром говорил очень долго. Тот отказался от своей подписи, а Берик – нет. Я, конечно, очень сильно зауважал Имашева за это решение. А он тогда возглавлял антимонопольное ведомство в статусе министра. Достойный поступок, правда? Берика, конечно же, отправили в отставку.
В начале 2000-х годов Берик неожиданно стал родственником Дариги. Как известно, современные дети не очень-то спрашивают мнение родителей, когда они решают жениться или выйти замуж. Впрочем, я и сам поставил своих родителей перед фактом, объявив, что я женюсь. (На самом деле, это, наверное, правильно. Хотя и обидно бывает родителям). Так что дочь Берика Имашева, Аида, тоже особо не спрашивала его мнения. Так Имашевы и Назарбаевы стали родственниками. Что с ним сделало родство с Назарбаевым – я не знаю. Назарбаевы, как едкая и опасная кислота, разъедают каждого, если с ними рядом долго находиться. Не сомневаюсь, что Назарбаевы Берика Имашева успели изменить и деформировать. Разъели когда-то его сильные качества достойного и мужественного человека. Многих своих старых товарищей, к сожалению, я уже не узнаю. Они стали другими людьми. (Продолжение следует)
Берик Имашев