Аналитика Видео Интервью

Аблязов рассказал о заговоре Масимова

Автор: РеспубликаКЗ/15.11.2010

В пятницу на НТВ вышел сюжет, посвященный казахстанскому бизнесмену и политику Мухтару Аблязову. Бывшего председателя совета директоров «БТА Банка» обвинили чуть ли не во всех смертных грехах. Причем слово авторы сюжета дали почему-то только одной стороне – обвиняющей, плюс к тому же, как выяснилось, сильно погрешили против реальных фактов.

Редакция центральноазиатского спутникового телеканала «К-плюс» решила восполнить упущение российских коллег и взяла интервью у самого Аблязова. Мухтар Кабулович не только прокомментировал сам сюжет на НТВ, но и рассказал о том, как правительство Масимова задумало и провернуло операцию по списанию долгов западным инвесторам. По мнению Мухтара Аблязова, именно это и есть секрет Казахстана по борьбе с мировым финансовым кризисом. Он также назвал суммы, которые тратят казахстанские власти на борьбу с ним и его соратниками в Лондоне, и признался, что уже не раз получал предупреждения о готовящемся на него покушении, поэтому не исключает, что сюжет на НТВ – попытка настроить против него общественное мнение, перед тем как ликвидировать.

Интервью уже выставлено на УouTtube —  смотрите его по ссылке http://www.youtube.com/watch?v=63CgfR_i9rM, а ниже по просьбе читателей  предлагаем  его дословную расшифровку.

Здравствуйте, Мухтар Кабулович. Буквально вчера НТВ выпустило сюжет, посвященный вам. Вы его видели?

– Да, видел.

– Какая-то ваша реакция есть на эту передачу?

– Очевидно, что эта передача носит заказной характер. Хотя бы потому, что я для российской правоохранительной системы абсолютно не интересен. Все события, которые сейчас развиваются, связаны с Казахстаном. И очень странно, что российское НТВ большую часть материалов использует именно из жизни того, что происходит в Казахстане.

– А вы  могли бы более подробно рассказать, что, на ваш взгляд, было неправдой, а что правдой?

– Я скажу, что в целом все, что подается в этой передаче, это ложь от начала и до конца. Мы знаем, как все это делалось.  Но вот даже возьмем такой факт: российская компания «Евразия Логистик», как они утверждают, взяла около миллиарда долларов кредита в казахском банке. Это уже ложь, это не так. И сам казахский банк это опровергал.  

– А какая была реальная сумма?

–  «Евразия Логистик» никогда не брала кредитов в казахском банке, это неправда.

– А в российском?

–  «Евразия Логистик» не брала и в российском банке. И все, что там говорится, это неправда. Взять хотя бы такой факт: компания обслуживается и работает в России, и для того, чтобы здесь провести выемку документов или какие-то вопросы задать, нет необходимости врываться туда с автоматами и всех укладывать на пол. Это очень странно. Что — правоохранительная система РФ настолько беспомощна, что для того, чтобы что-то узнать, ей нужно везде вырваться с автоматами? Странный способ общения с предпринимателями…

Насколько я владею информацией, это могут подтвердить и адвокаты, ни разу не приглашали людей на допросы, ни один из них не получал повестку, не было ни бесед, ничего. Просто ворвались с автоматами, всех уложили на пол и увезли в соответствующее подразделение МВД. И людей ночью решением суда задержали на какой-то период. Это  напоминает известные времена, когда все происходило именно таким образом, именно ночью.

Я не хочу сейчас на этом долго останавливаться, там очень много странных фактов. Стоит, например, башня 70 этажей. И возмущенный некий человек говорит — как же так, она стоит с июня 2009 года, и ее никто не строит, а это финансировал г-н Аблязов. Это хорошее замечание. Дело в том, что национализация казахского банка произошла в феврале 2009 года. Мы как казахский БТА Банк финансировали проект, но финансирование прекратили с нашей стороны еще в 2008 году. А начиная с 2008 года, этот проект финансирует Сберегательный банк России.

И весь этот проект находится в залоге у Сберегательного банка. Там кредитная линия была 12 млрд рублей, из которых 4 млрд было реально профинансировано в 2008 году, а затем по просьбе казахских властей  финансирование Сберегательный банк России приостановил. Вот именно приблизительно с апреля-мая 2009 года. То есть все это произошло после национализации. И когда этот некий человек вопрошает, почему этот объект стоит и не финансируется, и он уже скоро разрушится, это вопрос к Сберегательному банку России. Это не ко мне. Все эти факты известны следственным органам как Казахстана, так и России.

Или берутся примеры из Казахстана, которые почему-то цитируют, в основном, российские следователи, которые никоим образом не имеют никакого отношения к Казахстану. Ну, например: зачем Аблязову девятьсот с чем-то квартир.

Это очень интересный вопрос: «зачем ему столько квартир». Во-первых, ни у российских следователей, ни у казахских нет никаких доказательств, что эти девятьсот с чем-то квартир  принадлежат мне. Очевидно, что это проект, который финансировал казахский БТА Банк. Это просто инвестиционные проекты, и таких квартир — не тысячи, а десятки тысяч, которые финансировал казахский банк. Но взяли просто какой-то пример и сказали: вот, видите, тысяча квартир и 70 автостоянок. Зачем они одному человеку? Действительно, зачем. Ответ очень простой — потому что это проект, который финансировал банк.

– Там еще упоминался за 30 миллионов долларов особняк…

– После моего политического конфликта с руководством страны, а именно, с Назарбаевым, я в Казахстане не имею ни квартиры, ни дома, ничего. Потому что в результате этого конфликта у меня конфисковали все: отобрали весь бизнес, квартиры. Не посмотрели, что у меня есть малолетние дети. Поэтому я для себя решил, что после этого я лично в Казахстане владеть недвижимостью не буду.

– То есть этот особняк арендованный?

– Я не знаю, за сколько миллионов долларов. Но то, что я арендовал, и есть арендные договора, в которых я лично прописан как человек, который арендовал жилье, все это у следствия есть. И они об этом прекрасно знают. Это очередная ложь.

Или там господин Марченко, председатель Национального банка, говорит, что я украл 10 миллиардов долларов, и у него была возможность (то есть у меня) решить любые вопросы, чтобы банк не испытывал трудности. И он этого не делал. И следователь задает вопрос в эфир: а почему он этого не делал?

Ну, если у меня были такие неограниченные возможности, значит, у банка не было никаких проблем, что правда. Были такие же трудности, как у всех банков страны. Но они почему-то не были захвачены. Например, Казкоммерцбанк или Халык Банк. А все эти события и обвинения звучат именно в тот период времени, когда произошел захват банка.

И, действительно, разве они могут привести хоть один пример, когда частный бизнесмен выступил и сказал: вот я в этом банке хранил деньги, и я их потерял. Нет таких примеров. Или вкладчики. Они рассказывают — да, банк принадлежал Аблязову, но деньги в банке принадлежали вкладчикам. Ну, пусть покажут мне вкладчиков, хоть одного, которые в тот период, когда я руководил банком, скажут: я положил и в период руководства Аблязова я эти деньги не смог получить. Они не найдут ни одного случая.

– Банк же был захвачен 2 февраля 2009 года. То есть вы хотите сказать, что до 2 февраля 2009 года не было ни одного человека или организации, которая имела бы к вам претензии?

– Они не найдут ни одного примера, когда частный бизнес или частные вкладчики имели претензии к нашему банку и сказали бы, что положили деньги и не могли их изъять?

– Почему звучит такая цифра — 10 миллиардов?

– 10 миллиардов — это сумма убытков, которую якобы они нашли в банке, якобы невозвратные кредиты. Все это было сделано для того, чтобы сформировать, я так скажу — искусственно сформировать убытки и напугать западных кредиторов, которые давали деньги казахстанским банкам.

На момент захвата в феврале 2009 года  около 45 миллиардов долларов имели долгов казахстанские банки перед иностранными кредиторами. И поэтому при захвате БТА Банка  решалось очень много задач, как казалось Назарбаеву и правительству Казахстана. Ну, правительству, это я, наверное, слишком широко сказал. Это узкий круг людей. Это премьер-министр Карим Масимов, это зять президента Тимур Кулибаев, это председатель правления фонда «Самрук-Казына» Кайрат Келимбетов, это руководитель финансового надзора Елена Бахмутова. Это председатель Национального банка Григорий Марченко, который многие годы работал именно у Тимура Кулибаева и является финансистом семьи Назарбаева —  такое, знаете, благообразное публичное лицо, которое как бы рассказывает о финансах страны.

Эта группа, безусловно, шире, потому что в этом была задействована правоохранительная машина страны. Они предполагали, что, во-первых, лишат меня собственности. Я уже говорил, что долгие годы подвергался давлению со стороны лично Назарбаева, который требовал отдать контрольный пакет этого банка лично ему. А доверенным лицом его был Булат Утемуратов, управляющий делами президента, помощник, секретарь совета безопасности. И я должен был оформить долю контрольного пакета акций на Булата Утемуратова. Я не сделал этого, и они решили захватить банк.

Вторую задачу, которую они при этом решали (кроме того, что захватывали  собственность) — они фактически запугивали кредиторов. Говорили: вот смотрите, 10 миллиардов из банка украли, банк может сейчас упасть, и вы свои деньги не получите. Поэтому вам нужно списать существенную долю тех займов, которые вы дали этому банку. В результате было списано около 8 миллиардов долларов со стороны кредиторов. Кредиторы действительно были напуганы.

– То есть западные кредиторы потеряли 8 миллиардов своих инвестиций…

– Да, в БТА Банке они потеряли около 8 миллиардов долларов. Плюс Альянс Банк — около 3,5 миллиардов долларов списали   кредиторы. Только двум банкам  было списано около 12 миллиардов долларов. Но при этом такие банки, как Халык Банк и Казкоммерцбанк свои долги, которые существовали перед западными кредиторами, тоже купили с существенным понижением или, как говорят финансисты, с существенным дисконтом.

То, что это был замысел  казахского правительства, и, по сути дела, дал отмашку на реализацию этих планов сам президент страны Назарбаев, было видно еще в декабре 2008 года. Приблизительно где-то 7—8-9 декабря было заседание иностранных инвесторов в Алматы,  вел это заседание президент, и там был премьер-министр Карим Масимов, который на этом заседании озвучивал следующие идеи. Мол, знаете, господа западные инвесторы, вообще сейчас мировой финансовый кризис, наши банки несут убытки, и вам нужно тоже разделить убытки. Вам нужно часть кредитов, которые вы давали казахской банковской системе, списать.

Это привело к тому, что после этого международные инвесторы запаниковали, и международное рейтинговое агентство Moody’s сразу понизило рейтинг практически всем банкам, включая, собственно, сам Казахстан. Мы, конечно, были возмущены. Четыре банка последовательно в течение короткого времени сделали заявления, что мы не предполагаем проводить реструктуризацию долгов, мы планируем выплатить все свои долги без всяких списаний.

У меня была встреча с премьер-министром Масимовым, на которой я задал вопрос: зачем Карим Масимов делал такое заявление? Эти долги сформированы частными банками, правительство не имеет к ним никакого отношения. Почему Масимов делает такие заявления за частные банки? Он мне не смог внятно ответить на этот вопрос. Но сейчас, по истечении времени, видно, что уже тогда это был замысел.  Есть проект — так называемый Суперхан. Я сейчас описываю эту ситуацию, как это было организовано, в английском суде, и она скоро будет предана огласке.

Замысел это был давний, и он начал реализовываться в 2008 году. И, как я ранее говорил, 23 февраля 2008 года в Москве Назарбаев мне озвучил свой ультиматум. Он звучал так: до 1 апреля 2008 года ты должен передать мне контроль банком. Если ты не передашь, мы тебя арестуем и посадим, мы все равно у тебя все отберем. И весь 2008 год я лично подвергался такому давлению. И со стороны финансового надзора, и со стороны представителей правительства, и лично со стороны Назарбаева.

Поэтому когда господин Марченко вопрошает: а почему же он все-таки обратно не инвестировал в свой банк, это заявление ложное, попытка ввести в заблуждение людей. Потому что мне не нужно было ничего инвестировать: банк был во вполне рабочем состоянии,  во-первых, и, во-вторых, никто мне этого предложения не делал. Просто   банк захватили, отобрали…

Назарбаев  пытается добиться, чтобы я не обладал вообще никакими финансовыми ресурсами, и он воспринимает меня как одного из самых опасных политических оппонентов. Это продолжается уже больше десяти лет. Нго задача — устранить своего политического оппонента. Я думаю, это главная причина.

– Не видите ли вы для себя угрозы личной безопасности?

– Конечно, для режима Назарбаева я — очень опасный свидетель. Неслучайно предпринимаются попытки меня устранить. Я все-таки работал определенное время в правительстве,  повадки нашего режима очень хорошо знаю и понимаю, чего ожидать от нашего высшего руководства. Летом на мою машину было нападение — били несколько раз сзади, потом сбоку, пытались выбросить машину на встречную полосу. Сейчас за мной следят, приезжают  специальные агенты, которые организовывают слежку за мной. Мы все это видим.

– Ну, вообще здесь, на территории Лондона, это достаточно дорогое и опасное занятие…

– По моим оценкам, для того, чтобы бороться со мной, режим тратит сейчас в месяц не менее 10 миллионов долларо. Это включает в себя юридические расходы, слежку…И это только в Лондоне. А есть  много расходов, которые спрятаны, и их оплата производится с каких-нибудь предприятий или в форме наличных. Этот режим, я думаю, ни перед чем не остановится, для того, чтобы меня ликвидировать. Я получаю постоянно информацию о том, что готовятся те или иные мероприятия по моему устранению.

– А почему именно сейчас передача на НТВ вышла? Не раньше или позже…

– Мне это уверенно сказать сложно.

– Может какие-то версии или гипотезы?

– Я думаю, что режим готовит очередную атаку, и нужно моральное прикрытие тех или иных преступных действий, которые власть намеревается совершить.